Ленинская «Искра»

С отповедью оппортунистам выступил К. З. Буздуган: «Диаманди берет из доктрины Маркса лишь то, что ему подходит, и отвергает… то, ради чего сформулирована теория классовой борьбы…

» Он заявил ликвидаторам: «Вы отрицаете, что в Румынии существуют эксплуататоры и эксплуатируемые.

Достаточно спросить любого рабочего, сидящего здесь, подвергается ли он гнету…

– и в ответе вы можете не сомневаться». После горячей схватки между правыми и левыми съезд прервал свои заседания – как оказалось, чтобы больше не возобновлять их. Убедившись, что, действуя в уставных рамках, добиться самороспуска партии не удастся, 50 ликвидаторов открыто перешли к либералам.

Буржуазия нарекла их «великодушными».

А. Ионеску от имени революционеров писал: «Мы не можем отказаться от партии и от нашего идеала.

Мы – рабочие-социалисты и останемся ими, ибо наши политические и экономические интересы не позволяют нам идти другим путем. Мы… являемся и останемся верными солдатами красного знамени международного пролетариата».

Но сохранить партию не удалось. Временно она прекратила существование, расколовшись на группы, которые стали вновь, как и 15 лет назад, собираться в кружки.

В 1902 г. удалось выпустить 23 номера еженедельника «Ромыниа Мунчптоаре» («Рабочая Румыния»).

В течение почти двух лет ленинская «Искра» переправлялась в Россию через Яссы, Галац и Тулчу.

Трудности были велики. «В Румынии полицейские порядки не лучше русских, литературу нельзя посылать не только тюками, но и почтовыми пакетами, все конфискуется, слежка и шпионство страшные»,-свидетельствовала Н. К. Крупская.

В ноябре 1902 г. связь оборвалась по причинам по сей день неизвестным. Подлинной датой возрождения румынского социалистического движения стал 1905 год. Вести о революции в России встретили восторженный отклик в среде рабочих и прогрессивной интеллигенции.

24 января в столичном зале «Эфория» состоялся митинг протеста против «Кровавого воскресенья» и солидарности с русской революцией. Через три дня вышла газета («Долой деспотизм») с манифестом столичного кружка и переводом горьковской «Песни о буревестнике».